Песня моей жизни |
Несколько лет назад в Москве прошел Всемирный фестиваль русской песни, на который съехались соотечественники из 60 стран мира. Грузию на этом фестивале представляла... Как вы думаете, кто? Ксения Захарова-Воловик – профессиональная сольная народная певица, композитор, лауреат всероссийских и зарубежных фестивалей и конкурсов, обладательница почетного титула «Достояние национальной культуры», номинант на высокое звание Посол Доброй Воли ФАО ООН (FAO UN Goodwill Ambassador). Это был, безусловно, поступок. Рискованный, в какой-то степени – вызывающий. И смелый. Что и говорить, мы живем во времена таких крайностей, что немногие могут позволить себе оставаться, говоря словами Ромена Роллана, «Au-dessus de la melee» - «Над схваткой». Для этого надо быть очень талантливым и независимым. Так почему же российская певица выступала от Грузии? - спросит неискушенный читатель. К тому же, спустя короткое время после трагических событий августа 2008-го? Ответ прост. Во-первых, таким образом, она поддержала проживающих здесь соотечественников. А во-вторых, еще раз доказала, что связь культур России и Грузии по-прежнему крепка. Ксении пришла идея соединить русскую песню и грузинский танец. В результате из более 600 номеров, показанных на этом фестивале, лишь 19 – стали лауреатами, получившими право принять участие в гала-концерте в Колонном Зале Дома Союзов. Самым ярким среди них оказалось выступление народной певицы Ксении Захаровой-Воловик и грузинского танцевального коллектива «Багратиони» под руководством Отара Джишкариани, вызвавшим овации зрителей. Конечно, такой блестящий эксперимент естественным образом потребовал продолжения, которое с неизменным успехом происходило на самых разных концертных площадках. Вообще, любовь Грузии и Ксении взаимна. Ксения – постоянная участница ежегодного Международного русско-грузинского поэтического фестиваля, ее выступления каждый раз становятся праздником для его гостей и участников. Так было и в этом году. Ну, а если мы добавим, что именно в Грузии Ксения вышла замуж за Олега Воловика, президента Международной Федерации русскоязычных писателей, и их союз благословил Святейший и Блаженнейший Католикос-Патриарх всея Грузии Илия II, то все станет понятно без дополнительных разъяснений. Простите за банальность, но настоящие дружба и преданность и в самом деле не зависят от политических катаклизмов. А уж в сочетании с талантом они дают их обладателю ту степень свободы, когда он волен сам делать свой выбор. И оставаться «над схваткой», как и было выше сказано. Помните известную шутку Фаины Раневской о «Джоконде»? «Эта женщина уже сама может выбирать, на кого ей производить впечатление, а на кого нет». Мне повезло, я оказалась в числе тех, на кого Ксения согласилась «произвести впечатление» - она дала интервью. И еще раз удивила – искренностью, тонкостью и чувством юмора. - В обывательском восприятии – поймите меня правильно – в народной песне есть что-то архаичное... Почему вы – молодая современная певица – выбрали именно этот жанр, хотя ваш уникальный голос дает возможность петь все? - Все очень просто. Я не выбирала этот жанр, а просто выросла в деревне, где жила вся моя большая и очень дружная семья. Все они – музыкально одаренные люди. Поют, играют на гармони, баяне. Дедушка великолепно играл на балалайке, а бабушка так прекрасно пела, что послушать ее собиралась вся округа. У них было девять детей, и у каждого, родилось по два-три внука! Маме передался голос от бабушки, а от мамы – мне. Даже тембр похож. Петь для нас – это все равно что дышать, так же естественно и необходимо. - А по каким поводам пели в деревне? - Говорят, что хорошая песня хорошо звучит после хорошей работы. В деревне без дела не сидят. А в нашей семье держали и коров, и коз, и свиней, и овец. После трудового дня топили баньку. Потом садились за стол - огромный, богатый, как в Грузии. Все с огорода, все свежее. И начинали петь – и грустные песни, и веселые, и частушки. Плясали под гармонь. И в будни, и, само собой, в праздники. А порой коротали вечера за вязанием, шитьем... Бабушка научила меня прясть – на прялке, скручивая нитку. Вечерами садились в круг у русской печки – большой, глинобитной. И, конечно, лилась русская песня. Часто мы, дети, давали концерт для взрослых – показывали сценки, читали стихи, стараясь всех порадовать, особенно бабушку… Она была верующей. По-настоящему веровала. Это передалось всем нам. Утром просыпались – она сразу же давала просвирку, святой водички. Перед едой обязательно читали молитву. Церковь находилась от деревни довольно далеко, километрах, наверное, в 80-ти – нужно было сперва выйти из деревни на большую дорогу, потом ехать на автобусе, потом очень долго идти по полям. Мы снимали, помню, сандалии, шли босиком и учили молитвы, и пели… - Да вы словно из XIX века. Удивительный уклад жизни – трудовой, неспешный. Что вам это дало? - Деревенская жизнь очень закаляет. Мне кажется, если ребенок вырос в такой атмосфере, он становится сильным, выносливым. Он не потеряется в большой жизни. Эти люди очень ценят труд, знают цену каждой вещи, берегут, понимают, что это – результат большого труда. - И все-таки было желание уехать, раз вы не остались в деревне? - У меня была причина. Шесть лет училась в школе-интернате. Все мое детство… Интернат подготовил к дальнейшей жизни, по-настоящему закалил. - Одиноко было? - Если честно, было тяжело. Особенно в начале. Года через два-три привыкла. А потом, чтобы получить музыкальное образование, уехала в Пермь. - Вы чувствовали, что хотите именно петь? - Была уверена, что это – мое. Не думала, что могу стать певицей. Но очень хотела петь! В жизни я довольно застенчива, но когда выхожу на сцену – раскрываюсь, живу. Помню, как пришла в Пермский областной колледж искусств и культуры. Был последний приемный день. Подходим к женщине, которая принимает документы. Она спрашивает: - «Музыкальную школу окончили?» - «Нет.» - «Так что же вы хотите? Где ж вы раньше были?» В общем, удалось как-то уговорить, чтобы профессор по вокалу Яков Павлович Герштейн, прослушал, как я пою. - Ну, прямо как Фрося Бурлакова в фильме «Приходите завтра». - Точно. Начала ему петь… Он: - «Вот это голос!». Пошел по всем инстанциям и настоял, чтобы меня допустили к экзаменам без музыкальной школы. Так и поступила. - Тяжело было учиться? - Очень. Жила на крошечную стипендию. Одеть было нечего. Для выступлений на сцене одалживала то юбочку, то блузку... День и ночь занималась – учила нотную грамоту, зубрила гаммы. Училась играть на баяне, на фортепиано. Изучала дирижирование, хоровое пение... Очень благодарна своему педагогу по вокалу Ларисе Анатольевне Белецкой – она дала мне настоящую путевку в жизнь. В Челябинске, на престижном конкурсе по громадному Уральскому региону я стала лауреатом и заняла призовое место. Это была большая победа и преподавателей, всего нашего колледжа. Потом, по результатам крупного регионального вокального конкурса, выиграла поездку в Москву – на российский конкурс молодых вокалистов Галины Вишневской и Ольги Воронец «Таланты России». Впервые я пела в Большом зале консерватории. Там такая акустика! Этот конкурс тоже принес победу, но главное, ко мне подошла выдающаяся русская певица Ольга Борисовна Воронец и сказала: «У вас впереди большая дорога. Вам обязательно надо учиться в Москве». Помню, я страшно удивилась и смутилась от того, что она говорила со мной на «вы». Невероятно приятно было получить подарок и от Галины Павловны Вишневской, сказавшей мне добрые напутственные слова… Начались концерты, поездки за границу. - После Пермского колледжа вы поехали на учебу в Москву? - Поехала! Говор у меня был – наш, пермский. Спрашиваю (замечательно имитирует): «Ну так а че? А куда идти-то?» А я же не знала, что (пародирует московский выговор) «в Маскве гварят иначе, а все другие – понаехали». - Ах, жаль, что на странице не передашь, как вы это произносите! - Позже, когда я училась уже в Государственном университете культуры и искусств, меня пригласили в коллектив к Надежде Бабкиной. Было лестно, но я ни секунды не сомневалась в том, что у меня собственный творческий путь. Тем более, что Господь опять послал мне Учителя – Михаила Ивановича Демченко, профессора, народного артиста России, композитора, основателя вокального факультета, кафедры сольного народного пения. Удивительный был человек. Он всегда помогал талантливым ребятам, которые приезжали издалека. Всех накормит-напоит, денег на дорогу даст, ведь в свое время он и сам приехал в Москву из провинции. Это был преподаватель вокала от Бога. К сожалению, был... Три года назад его не стало. Его ученики поют сегодня в лучших оперных театрах мира – те, которым он дал технику, приемы, раскрыл секреты мастерства. - У каждого они свои? - Существуют универсальные приемы. Но есть, конечно, индивидуальные. Их стараются не раскрывать. Особенно вокалисты в академическом пении. У них свои тонкости. (Изображает, как они распеваются) «Что-о-о? Не звучи-и-ит, голова-а-а не звучи-и-ит... Ма-ми-мо... Ма-ми-мо». Это всегда очень забавно. - Демченко считал, что народная песня – это ваше? - Да. Он мне говорил: «Тебе Господь уже все дал! Пой! Песня сама польется». - Как складывалась ваша профессиональная жизнь? - Была солисткой университетского ансамбля. Работала с разными артистами и коллективами. Много выступала, ездила по всей России. Постоянно приглашают и поныне на государственные концерты, правительственные приемы, ответственные выступления перед главами государств и правительств. Пою всегда вживую, часто без микрофона. Работала солисткой Центрального образцового оркестра Военно-Морского Флота имени Римского-Корсакова. Затем – солисткой Московского Государственного Академического театра танца «Гжель», где познакомилась с Людмилой Рюминой. Мы выступали в самых лучших залах страны. Помню, у меня был чудесный номер – я начинала а капелла «Что стоишь, качаясь, тонкая рябина», затем вступала музыка, выплывали девочки – «березки», они меня заплетали в хоровод... Очень красивый был номер. - Ваша деятельность очень многогранна… - Одно из важнейших для меня направлений – благотворительная деятельность для детей. Всегда мечтала, еще в школе-интернате, что обязательно буду помогать детям, создам специальную школу. У меня есть опыт работы преподавания вокала. Между прочим, проверено и доказано, что народная песня как бы восполняет многим деткам нехватку любви, заботы, внимания. Еще я пишу музыку, песни. У меня своя студия звукозаписи, где я провожу довольно много времени. - Как появляются песни – сперва возникает музыка или вы пишите на слова? - По-разному. Порой пишу на свои слова, а иногда читаю какое-нибудь стихотворение, и приходит мелодия. Поэтому мне так интересно творчество участников поэтических фестивалей. - Стихи себе присматриваете? - В первую очередь мне интересны люди. У каждого – своя судьба, свой характер, свой стиль. Они дарят книги, и зачастую из их стихов рождается песня. Так, например, появились новые песни на стихи Валентины Поликаниной, Лидии Григорьевой… - Три года назад вы вышли замуж в Тбилиси, и «Русский клуб» сердечно пожелал Вам и Вашему супругу с обложки нашего журнала – «Совет да любовь!» Как сбылось наше пожелание? - Мне очень повезло! Я встретила своего человека. Мой дорогой муж Олег – моя опора, мое счастье, мое золотко любимое, мое солнышко! - Знаете, вы всегда выглядите, как молодожены. Ей-богу, завидки берут! А как вы встретились? - Случайно, на моем концерте. Февраль. Ужасный холод. Я была простужена, хотела отказаться от выступления, отлежаться. Но в последний момент, все-таки, поехала на концерт. И встретила там свою судьбу. К нашему разговору присоединился Олег Воловик. - Олег Евгеньевич, а вы помните ту встречу? О.Воловик: - Конечно. Я тоже не собирался никуда ехать. Мороз, метель. Какой еще концерт?! Можно сказать, что попал я туда достаточно случайно. Но когда я увидел Ксению, сказал всем: «Мне кажется, она будет моей женой…» - Да ну! К.Захарова: - Правда-правда. Он так сказал своим друзьям. Посмеялись. Оказалось, что зря… - В чем секрет семейного счастья? О.Воловик: - В любви и уважении друг к другу. К.Захарова: - Полностью согласна! Нина ШАДУРИ |